Неточные совпадения
Мой бедный Ленский!
за могилой
В
пределах вечности глухой
Смутился ли, певец унылый,
Измены вестью роковой,
Или над Летой усыпленный
Поэт, бесчувствием блаженный,
Уж не смущается ничем,
И мир ему закрыт и нем?..
Так! равнодушное забвенье
За гробом ожидает нас.
Врагов, друзей, любовниц глас
Вдруг молкнет. Про одно именье
Наследников сердитый хор
Заводит непристойный спор.
— Да нужно знать наконец
пределы. У меня и без того много хлопот около своих имений. Притом у нас дворяне и без того уже кричат на меня, будто я, пользуясь крайностями и разоренными их положеньями, скупаю земли
за бесценок. Это мне уж наконец надоело.
Возгнушается метатель грома и молнии, ему же все стихии повинуются, возгнушается колеблющий сердца из-за
пределов вселенныя дать мстити
за себя и самому царю, мечтающему быти его на земли преемником.
Он вовлекает в свои
пределы все ценное, здравомыслящее, что осталось
за дверями Думы.
У входа в ограду Таврического дворца толпа, оторвав Самгина от его спутника, вытерла его спиною каменный столб ворот, втиснула
за ограду, затолкала в угол, тут было свободнее. Самгин отдышался, проверил целость пуговиц на своем пальто, оглянулся и отметил, что в
пределах ограды толпа была не так густа, как на улице, она прижималась к стенам, оставляя перед крыльцом дворца свободное пространство, но люди с улицы все-таки не входили в ограду, как будто им мешало какое-то невидимое препятствие.
А вслед
за тем вспыхивало и обжигало желание увеличить его до последних
пределов, так, чтоб он, заполнив все в нем, всю пустоту, и породив какое-то сильное, дерзкое чувство, позволил Климу Самгину крикнуть людям...
Все завидовали согласию, царствующему между надменным Троекуровым и бедным его соседом, и удивлялись смелости сего последнего, когда он
за столом у Кирила Петровича прямо высказывал свое мнение, не заботясь о том, противуречило ли оно мнениям хозяина. Некоторые пытались было ему подражать и выйти из
пределов должного повиновения, но Кирила Петрович так их пугнул, что навсегда отбил у них охоту к таковым покушениям, и Дубровский один остался вне общего закона. Нечаянный случай все расстроил и переменил.
Он с ранних лет живет в ней и четыре раза то один, то с товарищами ходил
за крайние
пределы ее,
за Оранжевую реку, до 20˚ (южной) широты, частью для геологических исследований, частью из страсти к путешествиям и приключениям.
Он еще не знал хорошо, что сделает, но знал, что уже не владеет собою и — чуть толчок — мигом дойдет теперь до последнего
предела какой-нибудь мерзости, — впрочем, только мерзости, а отнюдь не какого-нибудь преступления или такой выходки,
за которую может суд наказать.
—
За Россию в
пределах до семьсот семьдесят второго года!
И она неизбежно должна искать движение
за свои
пределы, в ширь и даль.
Европа давно уже стремится преодолеть себя, выйти
за свои
пределы.
Потрясения мировой войны выводят и Европу
за ее замкнутые
пределы, вскрывают коренные противоречия внутри самой Европы и свергают кумиры западничества.
Все дошло до
предела,
за которым уже — разложение и смерть.
Уничтожение иллюзий сознания, к которому стремится марксизм, должно привести не только к понижению уровня духовной культуры, но в
пределе и к полному ее исчезновению
за ненадобностью.
См. прим. 19 к «Отделу второму»: «они хитрили, и Бог хитрил, но Бог самый искусный из хитрецов» (Гл. 3, «Семейство Имрана», 47).], ибо цель ее не в ней, а
за ее
пределами, — туда зовет и нудит историческая стихия.
Удаление Божества от мира, Его «трансцендентность»,
за известными
пределами становится равносильной практическому Его отрицанию, чувство отъединенности человека от Бога приводит его к миробожию.
Возрождение религиозного искусства, если оно и последует, само по себе отнюдь еще не является ответом на эти запросы, потому что и оно остается еще в
пределах искусства, между тем идея софиургии выводит
за его
пределы.
Имманентным для нас является то, что содержится в
пределах данного замкнутого круга сознания; то, что находится
за этим кругом, трансцендентно или не существует в его
пределах.
Безусловная же антиидейность каких бы то ни было живых существ не может быть вообще допущена без того, чтобы не признать
за духом злобы способности не только извращать, портить, «клеветать» на мир, но в известных
пределах творить и свой антикосмос.
Павла о том, что «во Христе Иисусе не имеет силы ни мужской, ни женский пол» [Неточная цитата из Послания к Галатам (3:28).] в их человеческой поляризации, каковая здесь переходит
за эти
пределы.
Что вы знаете или мните о природе вещей, лежит далеко в стороне от области религии: воспринимать в нашу жизнь и вдохновляться в этих воздействиях (вселенной) и в том, что они пробуждают в нас, всем единичным не обособленно, а в связи с целым, всем ограниченным не в его противоположности иному, а как символом бесконечного — вот что есть религия; а что хочет выйти
за эти
пределы и, напр., глубже проникнуть в природу и субстанцию вещей, есть уже не религия, а некоторым образом стремится быть наукой…
Скорее это НЕ есть отрицающее всякое высказывание ά: αόριστος, άπειρος, άμορφος [Неограниченный, бесконечный, бесформенный (греч.).] — не столько отрицание того или иного определения, сколько его отсутствие, выражение невыразимого, жест трансцендентного в имманентном,
предел для мысли и для сознания,
за которым оно гаснет и погружается в ночь.
Правда, эстетическое самодовольство и художественная ограниченность становятся невозможны уже и для реалиорного символизма, но вместе с тем и, конечно, вследствие того в нем начинает утрачиваться и художественное равновесие: искусство начинает метаться, оно в разных направлениях ищет выхода
за свои
пределы.
Разумеется ли здесь формально-логическое a priori, проявляющееся в каждом отдельном акте познания, или же это есть действительное припоминание о мифотворческом ведении, причем второстепенное значение для разрешения этого вопроса имеет вопрос, когда произошла встреча с трансцендентным: в этой ли жизни или
за ее
пределами?
Ничтожество — вот основа твари, край бытия,
предел,
за которым лежит глухое, бездонное небытие, «кромешная тьма», чуждая всякого света.
Правда, всякая власть ограничена фактическими рамками своего проявления, но
за их
пределами она и не есть власть.
Белинского Станкевичу приходилось заарканивать; увлекающийся
за все
пределы талант его, страстный, беспощадный, злой от нетерпимости, оскорблял эстетически уравновешенную натуру Станкевича.
Я прихожу благодарить вас
за то, что вы в вашей общине дали приют мне и моим детям и положили
предел моему бездомному скитанию.
У Прудона есть отшибленный угол, и тут он неисправим, тут
предел его личности, и, как всегда бывает,
за ним он консерватор и человек предания. Я говорю о его воззрении на семейную жизнь и на значение женщины вообще.
Вернее было бы сказать, что я люблю не жизнь, а экстаз жизни, когда она выходит
за свои
пределы.
Мне еще близко то, что сказал о себе вообще не близкий мне Морис Баррес: «Mon évolution ne fut jamais une course vers quelque chose, mais une fuite vers ailleurs» [«Мое развитие никогда не определялось стремлением к чему-то конкретно, а всегда было направлено
за его
пределы, к другому» (фр.).].
Меня притягивает всегда и во всем трансцендентное, другое, выходящее
за грани и
пределы, заключающее в себе тайну.
Но смысл истории лежит
за ее
пределами и предполагает ее конец.
Эта загадочность человека определяется тем, что он, с одной стороны, есть природное существо, с другой же стороны, он не вмещается в природный мир и выходит
за его
пределы.
— Да ведь и человечьему долготерпению
предел положен. Не святые, а тоже люди — долго ли до греха! Иной не вытерпит, да своим судом себе правду добыть захочет, и Бог его
за это наказать должен.
Идти тебе
за Сибирские
пределы, искать
за ними того Беловодья, доставить к нам епископа древлей веры благочестивой.
«Есть, говорит, в крайних восточных
пределах за Сибирью христоподражательная древняя церковь асирского языка.
— Не дошел до него, — отвечал тот. — Дорогой узнал, что монастырь наш закрыли, а игумен Аркадий
за Дунай к некрасовцам перебрался… Еще сведал я, что тем временем, как проживал я в Беловодье, наши сыскали митрополита и водворили его в австрийских
пределах. Побрел я туда. С немалым трудом и с большою опаской перевели меня христолюбцы
за рубеж австрийский, и сподобил меня Господь узреть недостойными очами святую митрополию Белой Криницы во всей ее славе.
Тогда она уже повернула
за роковой для красавицы
предел сорокалетия, но все еще считалась красавицей, держала себя на своих приемах с большими „тонами“ и принимала „в перчатках“, о чем говорили в городе; даже ее кресло стояло в гостиной на некотором возвышении.
Тогда он уже достиг высшего
предела своей мании величия и считал себя не только великим музыкантом, но и величайшим трагическим поэтом. Его творчество дошло до своего зенита —
за исключением"Парсиваля" — именно в начале 60-х годов, хотя он тогда еще нуждался и даже должен был бежать от долгов с своей виллы близ Вены; но его ждала волшебная перемена судьбы: влюбленность баварского короля и все то, чего он достиг в последнее десятилетие своей жизни.
В известные дни можно было всегда достать билеты даже и у барышников не
за разбойнические цены. Словом, тогда"улица", толпа так не царила: все держалось в известных
пределах, да и требования были иные.
Гносеологи же видят у врат этих иных царств лишь
предел,
за которым начинаются иррациональные переживания, — неизреченная область хаоса и тьмы.
Я закрывал глаза на средства и
пределы науки, на то, что она делает, и смеялся над нею
за то, что она не делает всего.
О, какова ненависть таких людей! Нет ей
пределов. В прежние времена расправа с врачами в подобных случаях была короткая. «Врач некий, немчин Антон, — рассказывают русские летописи, — врачева князя Каракуча, да умори его смертным зелием
за посмех. Князь же великий Iоанн III выдал его сыну Каракучеву, он же мучив его, хоте на окуп дати. Князь же великий не повеле, но повеле его убити; они сведше его на Москву-реку под мост зимою, и зарезали ножом, яко овцу».
Бесполезно гадать, где и на чем установятся в будущем
пределы стыдливости; но в одном нельзя сомневаться, — что люди все с большей серьезностью и уважением станут относиться к природе и ее законам, а вместе с этим перестанут краснеть
за то, что у них есть тело и что это тело живет по законам, указанным природою.
— Самоубийство есть самый великий грех человеческий, — ответил он, вздохнув, — но судья тут — един лишь Господь, ибо ему лишь известно все, всякий
предел и всякая мера. Нам же беспременно надо молиться о таковом грешнике. Каждый раз, как услышишь о таковом грехе, то, отходя ко сну, помолись
за сего грешника умиленно; хотя бы только воздохни о нем к Богу; даже хотя бы ты и не знал его вовсе, — тем доходнее твоя молитва будет о нем.
Я состою уже давно его поверенным, но его жизнь, в особенности
за последнее время, его неимоверные траты денег заставляют меня опасаться, что если его родственники не положат этому
предел просьбою отдать его под опеку
за расточительность, он может в скором времени оказаться нищим и, не привыкнув ни к какому труду, не получив почти никакого образования, может дойти до преступления.
— Да, о любви, — горячо начал он, задетый
за живое ее насмешливым тоном, — о той безумной любви, о том восторженном поклонении, неизменность которых я надеюсь доказал вам, в течении стольких лет. Я долее страдать не могу, не в состоянии — ведь и страданиям нужен
предел.
Она пожала ему руку так дружески, так симпатично и скрылась
за деревьями. Круциферский остался. Они долго говорили. Круциферский был больше счастлив, нежели вчера несчастлив. Он вспоминал каждое слово ее, носился мечтами бог знает где, и один образ переплетался со всеми. Везде она, она… Но мечтам его положил
предел казачок Алексея Абрамовича, пришедший звать его к нему. Утром в такое время его ни разу не требовал Негров.